Недавно фанатки Сергея Лазарева встрепенулись. Их любимый кумир попал в больницу. Но сильно поклонники певца не горевали: раз выкладывает в интернет фотографии, значит, не все так плохо, как кажется на первый взгляд. А фото поклонники увидели в социальной сети инстаграм, куда артист добавил фотографию, где он лежит под капельницей. Но певец сразу, же успокоил своих преданных фанатов – всего лишь отравление. Поклонники начали желать кумиру здоровья и сопереживать. А чего тут еще скажешь. Такова обратная сторона медали – гастроли не позволяют всегда нормально питаться и вот, следствие. Тем не менее, Сергей Лазарев даже не подумал отменить концерт, который намечен на вечер сегодняшнего дня. Как говорит сам певец, «В этом вся жизнь артиста — утром ты можешь хоть помирать, но вечером будь добр выйти на сцену и подарить людям радость и искусство». Остается только пожелать певцу сил и здоровья, а также правильного питания.
Cybermusic > Интервью > Интервью со Стивом Хоу. Часть 2

Интервью со Стивом Хоу. Часть 2

Интервью со Стивом Хоу. Часть 2

— Песня «Hour of Need» – это твоё детище. Что ты хотел с её помощью донести до слушателя?

— Интересный вопрос. Когда мне его задавали раньше, я не знал, что отвечать. Почти все песни – это некие гибриды, особенно те, которые написаны мной вместе с Джоном Андерсоном. А вот мои — очень личные. Я их проживал. Джон знал это, но вложил своё  – что-то фантазийное, неземное, эфирное. Если говорить о «Hour of Need», то мне не нравится, что её принимают за эко-песню, хотя смысл в этом  есть. Эта песня о том, чтобы мы научились понимать природу, потому что от её ресурсов зависит всё человечество. В песне есть слова, смысл которых таков – «люди в долгу перед вселенной и обязаны о ней позаботиться». Я являюсь вегетарианцем с 1972 г., поэтому этот факт, конечно, повлиял на моё восприятие. От фармацевтики я практически отказался и очень редко использую химические лекарства. За прошедшие 20-30 лет практически ни разу ими не воспользовался.

— К альбому «Fly From Here», вышедшему в Японии, прилагается бонус-трек – полная версия «Hour of Need». Почему так получилось, что этого варианта песни нет ни в одном релизе?

— Композиция для других стран специально не урезана. Первоначально была всем известная версия «Hour of Need» — с португальской гитарой, вокалом и минимумом аккомпанемента. А потом, когда мы закончили работать над «We Can Fly», Тревор предложил добавить больше инструментальных моментов и гитары. Я стал решать, как это лучше сделать. Однажды выдающийся гитарист Флавио Сала сыграл мне отрывок демо-версии одного вступления, похожего на фантазию Хоакина Родриго из второй части Аранхуэсского концерта, написанного для гитары. Так и возникла идея вставить эту музыку во вступление к «Hour of Need». Сначала композиция как-то не подходила под  общую задумку Тревора. «Hour of Need» ему нравилась, но он не знал, что делать с её полным вариантом. И тут Япония захотела эксклюзив. Тревор решил им дать полную версию «Hour of Need». Так всё и вышло. Это всего лишь более поздняя переработка оригинала.

— А как создавался «Into the Storm»?

— В начале песни моя игра. Я часто в репертуар «Yes» добавляю что-то удачное во вступлениях. Я можно сказать этакий специалист по вступлениям. Я внёс предложение своего варианта вступления, и оно вписалось туда замечательно. Все силы мы  сосредоточили на основной части, потом занялись лирикой. Работали втроём: Крис, Тревор и я. Получилось неплохо: начало — основной риф в мажоре, затем нотки блюза и рока.

— О чём песня?

— Она очень светлая, чуть ироничная, капельку лукавая. Мне кажется, что никто из нас не скажет, о чём она. Это обычная хорошая рок-музыка. Мук творчества не было, всё было как-то светло, позитивно.

— Были планы включить в альбом своё соло «Solitaire»?

— Нет. Тогда я уже работал над соло несколько лет. Когда я писал свой  гитарный сольный альбом «Motif, Volume One»,то часто прокручивал в голове отрывки из «Solitaire». Тревор предложил каждому включить в альбом свои соло, и я один этим воспользовался. Хотелось всех удивить. Начало в стиле Вилла-Лобоса, иногда я использовал открытые струны, включив также партии фламенко и фолка. Я люблю перемешивать стили, в этом суть «Solitaire».

— На какой ты гитаре играешь «Solitaire»?

— Я думал исполнить на классической испанской гитаре «Ramirez 1a», но так и не добился необходимого звучания. Попробовал на «Martin», отбросив и эту идею, взял акустическую гитару ручной работы «Theo Scharpack SKD», у которой стальные струны и замечательное звучание. Мне её сделал Тео в 1989 г. Я играл на ней в первом сольном туре. Эта гитара крупная, расстояние между струнами большое, поэтому рукам музыканта очень свободно.

— Каким должно быть соло, чтобы войти в альбом «Yes»?

— Мне было предложено включить в альбом моё соло «Clap». Я решил, что это хорошая возможность внести свой вклад. Все мои соло в альбоме находятся рядом с треками «Yes». Они настолько личные, что через них можно рассмотреть музыкантов-исполнителей. Чтобы быть в альбоме, произведение должно быть зрелое, законченное – не меньше.

— В 2010 г. группа написала много новой музыки. В альбоме же «Fly From Here» включено много композиций Хорна и Даунса, почему?

— Не хочу ничего выдумывать – только факты. Тревор интересовался альбомом из-за работы над собственными произведениями. Некоторые песни были немного забыты, но это помогло присоединиться  к нам  Джеффу. Его стиль игры нам всегда нравился. У нас были некие наработки, но вряд ли  они когда-нибудь были бы выпущены: что-то Оливера, одна моя песня, всякие отрывки. Мы даже не знали, что можно с ними делать. Тревор убедил нас поработать с Джеффом. Мы решили дать Тревору и Джеффу место для их композиций, и не важно, что пожертвовали при этом собственной музыкой, потому что всегда стремились к качественной музыке.

— В 2008 г. Джон Андерсон для «Yes» писал музыку крупного формата, но она не заинтересовала группу. Можешь что-либо рассказать об этом?

— Я затрудняюсь ответить на вопрос с точки зрения профессионализма. Джон предложил нам пару сыроватых наработок, но нам это не подошло. Пару раз история повторилась, но мы не изменили своего решения. Того, что нас бы заставило работать над ними, мы не услышали. От альбомов «Yes» ждут развитую, законченную, обдуманную лирику, как нам кажется. Его песни были лирически незрелыми, незаконченными, напоминали импровизации. Мне не хочется как-то обижать или высмеивать Джона. Просто его песни нас не зацепили. Они были похожи на демо-версии, которые нужно ещё серьёзно дорабатывать, не зная, что из них в итоге выйдет. Джон пришёл, сыграл нам некоторые свои песни, а мы ответили, что у нас нет чувства, будто эти песни могут стать нашей частью. Но это уже в прошлом, а сейчас наши пути разошлись, и нам всем нужно идти дальше.

— Каково оснащение вашей студии?

— Всё стандартно. Аппаратная — за пределами студии, открытое пространство,  моя акустическая система — в дверном проёме. Рядом — ударные и бас,  в середине комнаты — клавишная установка. Мой основной усилитель «Vox AC-50», я играл с ним ещё в 60-х, пригодился для моей гитары «ES-175», с ним и другие гитары звучат лучше. Записывая треки, я находился в контрольной комнате, где стояли мониторы «VOX», процессоры эффектов «Line 6 Pod XT Live» и «Boss GT-10». Партии акустических гитар писались в студии с микрофонами, наушниками и др. Программное обеспечение — «Z3TA+ 2» и «Cakewalk». Для своей слайд-гитары я использовал эту же программу. Всякие шумы делал на «Line 6 Pod XT Live».

— Кто на «Line 6 и Z3TA+ 2» обычно программирует звуки?

-В основе — созданное мною звучание, пресеты не использую. У меня создана  база данных и 16 типов звуков для «Yes» и «Asia». Одно гитарное звучание, например, в песне «Time Again» группы «Asia», в других более сложное. В «Yours Is No Disgrace» уже 4 регулировки: джазовый звук, чистый звук, wah-wah, дилэй и в заключении гитарное соло.

Интервью с этим исполнителем.
все интервью

Комментарии:

Вы должны войти, чтобы добавить комментарий.






Статьи